Деликатность твердокаменных ценностей

29.09.2012 Возврат к списку Просмотрено: 1832 раз
Jeff Rowland Corus/Model 625     Все дети СССР знали имя замечательного русского мореплавателя, совершившего первую российскую кругосветку, благодаря всеми любимому детскому мультфильму и почтальону Печкину. Фраза «Иван Федорович Крузенштерн, человек и пароход», как сейчас бы сказали, популяризовала русского адмирала лучше любых уроков истории. А вот того, кто создал конструктивный повод для настоящего текста, стоило бы назвать «человек и 
усилитель». Американец из штата Колорадо Джефф Роуланд, правда, не первопроходец в теме, составившей страсть его жизни, — в транзисторных усилителях. Но его желание оживить неживое и его любовь к музыке сделали возможным создание аппаратов, очень близко подошедших к определению «воплощение транзисторных ценностей». 
     Если верить слегка шуточным интервью, взятым у отца-основателя Jeff Rowland Design Group, с детства его всегда терзало и не оставляло в покое некое созидающее начало, направленное на «железо». Он неизменно воодушевлялся, посещая специализированные магазины электронных деталей с рядами полок, уходящих вдаль и наполненных разными интересными штуками. Ему хотелось сложить из этих отдельных частей что-то особенное и необычное, оживить это своей задумкой и заставить двигаться. А еще он любил лазить по свалкам старых авто и свинчивать с них неработающие приемники — простой и недорогой способ получить в свое распоряжение много манящих и уже собранных устройств, чтобы потом изучить их, попытаться реанимировать и улучшить. Последнее желание так и осталось с Джеффом навсегда — оживлять и улучшать все, что попадает к нему в руки, начиная с комбиков и микшерских пультов, которые приносили к нему на ремонт знакомые молодые музыканты, и заканчивая (уже значительно позже) собственными моделями усилителей. Бурлящая детская креативность и необычный подход не покинули Роуланда и в более зрелом возрасте, как и любовь к легким конструктивным шалостям. Мне нравится история, согласно которой он специально по заказу клиента сделал усилитель с большой и горячей крышкой, чтобы любимая домашняя кошка хозяина могла приходить, ложиться на нее сверху и греться, а потом каждый год брал аппарат на профилактику — очистить его от набившейся кошачьей шерсти.
     Есть примечательное высказывание Джеффа Роуланда: «я не понимаю, как можно слушать музыку пассивно, музыка требует вовлеченности». Эту вовлеченность Джефф однозначно трактует как необходимость самому создавать музыкально звучащие устройства, позволяющие взять от записи то, что хочет слушатель-конструктор. В вечных спорах о классических аудиофильских фетишах — обязательности «абсолютной верности» и «исчерпывающе корректной передачи записи» иногда слишком обожествляют инструментально-методологическую часть. Не столь выдающийся по формальным параметрам аппарат может гораздо лучше схватывать музыкальную суть послания, содержащегося в фонограмме. С другой стороны, малые цифры КНИ, например, не означают автоматически мертвый и бездушный звук, как думают радикалы из другого аудиофильского крыла. Центральной и решающей фигурой в этих спорах является разработчик, его схемотехнический кругозор, знание истории вопроса и музыкальный вкус, его способность чувствовать за цифрами музыку. Да в конце концов, просто его общий культурный уровень и отпущенная мера деликатности при создании интерпретирующего оборудования. Гармоничная и разносторонняя личность способна в своих творениях сочетать инструментальный перфекционизм и музыкальную цельность, корректность передачи и трудно конкретизируемое «то, что хочет получить слушатель от музыки».Jeff Rowland Corus
     Интересно, что Роуланд не имеет профессионального музыкального образования и говорит о себе, что постигает музыку исключительно чувствами. Однако он далеко не эзотерик, ведомый только музыкальными эмоциями. Джефф — инженер-профессионал, получивший профильное образование в Devry Institute of Engineering Technology, а перед этим стажировавшийся в группе по сборке студийных катушечников в знаменитой фирме Ampex (в нее, кстати, он вернулся на несколько лет и после учебы). Потом, оставив корпоративную жизнь, категорически не удовлетворявшую его ввиду склада характера, Роуланд потратил много времени на самообразование и изучение литературы по усилительной технике. В результате на свет появились такие нешуточные вещи, как, например, Jeff Rowland Model 9, титанический моноусилитель мощности, состоящий из четырех выглядящих монолитами алюминиевых «тумбочек» общим весом за 200 кг, о котором неизменно вспоминают во всех интервью и обзорах, посвященных истории фирмы. я тоже с удовольствием его вспомню, еще и потому, что звучание этого аппарата было одним из моих первых личных впечатлений в копилке аудиофильских образов. Если честно, тогдашняя моя встреча со звуковой концепцией «человека и усилителя» произошла слишком рано, и некоторые вещи остались непонятыми на том уровне, какого они заслуживают. Но с тех пор я старалась следить за моделями Jeff Rowland и могу сказать, что философия их создателя постепенно становилась все более и более притягательной. Для некоторых вещей определенно требуется время.
Jeff Rowland Model 625     Еще одно высказывание Роуланда проясняет его понимание сути хай-энда и правильного порядка вещей при его создании. «Индустриальные произведения искусства», коими, по мнению Джеффа, являются его усилители, не предполагают никакого массового производства по одной веской причине философского толка. «Много разных инженеров не выстроят одну цельную концепцию звука и не обеспечат высокое качество, отличающее продукцию ручной сборки. Хай-энд должен быть продуктом мыслей и усилий одного человека и выражать его видение музыки. Этот человек создает компоненты, чтобы удовлетворить самого себя, а не рынок». Миниатюрное предприятие всего с 12 сотрудниками (и оно еще разрослось, раньше было всего 4 человека) как нельзя лучше отвечает базовой концепции Джеффа Роуланда.
     По сравнению с упомянутыми выше четырьмя мегаблоками Model 9 и даже с более скромными вариантами от JR из старых времен предусилитель Corus и усилитель мощности Model 625 выглядят довольно компактно. По словам самого Джеффа, строить маленькие корпуса гораздо проще, чем большие с аналогичными антирезонансными инертными свойствами. Поэтому всегда, когда позволяет техзадание на аппарат, хорошо бы придерживаться меньших габаритов. Что касается самих размеров, то они выбираются крайне интересно и необычно — по золотому сечению. То есть отношение сторон представляет собой отношение простых (неделимых) чисел. Соответственно, такой корпус должен быть полностью акустически мертвым и нерезонансным. Второе слагаемое правильного корпуса — максимальная жесткость, какая только технологически возможна и разумна в аудио. Оболочки всех аппаратов JR (получается просто космический термин) изготовлены из сплава алюминия марки 6061 T6, используемого в авиационной промышленности. Для каждого блока берется цельный кусок металла, из которого на станке с ЧПУ вытачивают нужную форму. Необычные объемные фигуры (не называть же это ребрами) радиаторов у мощника тоже получены именно таким способом. Массивность конструкций связана с желанием Роуланда в максимальной степени обездвижить свои аппараты относительно не только внутренних, но и внешних вибраций, нежелательных для ряда элементов схем. Сам Джефф отмечает, что микрофонный эффект на внутренностях усилителей, особенно предварительных, начинает сказываться с некоторого уровня собственной прозрачности и идеальности внутренней конструкции и в его творениях проявился не сразу, а синхронно с вылизыванием и усовершенствованием схем.
     Неизменные фирменные передние панели, волнистые, с мягким серебряным отливом, обеспечивающие технике JR моментально узнаваемый феноменальный дизайн, изготовлены тоже из цельного куска алюминия, а сама тончайшая деликатная фактура получается с помощью алмазной фрезы.
     Предусилитель Corus сделан по полностью балансной схеме от входа до выхода и имеет конструкцию «двойное моно». Все его входы и выходы, как балансные, так и небалансные, включая выход на рекордер, трансформаторно развязаны с помощью заказных трансформаторов шведской фирмы Lundahl. Элементы схем собраны на керамической четырехслойной печатной плате военного качества, прикрепленной к корпусу множеством опор, собственно усиление осуществляется операционниками OPA1632 в балансном дифференциальном включении. Аппарат — двухблочный (плюс есть третий, 
небольшой алюминиевый бокс сенсора дистанционного управления — для полного устранения влияния сервисных цепей на звуковые; посредством специального кабеля он соединяется с блоком предусилителя). Правый и левый каналы изолированы друг от друга собственными алюминиевыми кожухами. Блок предусилителя снабжен большим бледно-голубым трехстрочным вакуумнофлуоресцентным дисплеем, отображающим много информации, в том числе уровень громкости на полосковой шкале, активный вход, сделанные установки управляющих опций и пр. 
     Усилитель мощности Model 625 Stereo имеет всего один трансформаторно развязанный вход на паре клемм XLR, в строгом соответствии с идеями JR об исключительной необходимости полностью балансной конструкции. Общая ООС отсутствует, секции питания и усиления пространственно разделены в целях устранения электромагнитных наводок, а электрически соединяются высокоточными медными шинами с минимальным сопротивлением. Элементы схемы закреплены методом поверхностного монтажа.
Jeff Rowland Corus Remote     Выходные клеммы — запараллеленные, по четыре на канал, собранные в непривычные на вид, но типичные для JR терминалы. Они принимают только «лопатки», причем не слишком широкие, так что при выборе акустического кабеля для этого мощника стоит обратить внимание на разделку.
     Вообще говоря, сам Джефф Роуланд считает идеальными партнерами для своих усилителей акустику Avalon и кабели Cardas (последними осуществляется вся внутренняя разводка в устройствах JR), для которых заявляется идеальный симбиоз. Увы, у нас в тестовой не нашлось парочки Avalon, и пришлось ограничиться PMC OB1i. Однако при написании данного материала закралась мысль, что эта пара усилителей рождена для другой акустики — TAD Reference One, отчет об испытаниях которой помещен в этом же номере. Жаль, что они не встретились при прослушивании, два теста по времени были разнесены более чем на месяц.Утонченный (в иных системах слегка рафинированный, но это исправляется другим сочетанием компонентов) звук компонентов JR вместе с их безграничной свободной динамикой как нельзя лучше подошел бы японской легенде. я слегка завидую тому, кто сможет проверить эту гипотезу лично.
     Наверное, сам Джефф Роуланд, эн-тузиаст и романтик, инженер и меломан, профессионал и волшебник, с детства умеющий оживлять мертвое железо, повинен в том, что его усилители так звучат. Ведь на свете есть и другие производители, выпускающие дорогие и очень дорогие компоненты по схеме двойного моно, полностью балансные и с прочим джентльменским набором характеристик. Но столь же деликатные и нейтральные устройства надо еще поискать. Так как же играет пара Jeff Rowland? Удивительно аккуратно, грациозно и изящно, мощно и активно — когда нужно. Картинка рисуется буквально алмазным стилом, но без алмазной крошки по краям — контуры звуков не хрупкие и не графичные. Хотя характер звучания хочется назвать скорее аудиофильским, нежели меломанским, поскольку звук очень-очень точен, совсем не напрягает и высоко нейтрален. При длительном прослушивании и замене источника (у меня была возможность использовать эту пару для группового теста ЦАПов в рамках другого журнального проекта) легкие отклонения от нейтральности все же обнаруживаются, но в спокойной, неизменно предсказуемой и жанрово независимой манере. Это стоит считать не минусом, а просто проявлением того, что Джефф Роуланд называет «отражением идей и понимания музыки разработчиком».
     От оконечника с параметрами выдаваемой мощности 300 / 500 Вт на 8 / 4 Ом можно было бы ожидать какого-то музыкального волюнтаризма — а он играет гибко, деликатно и прозрачно, как хороший «ламповик». И в русле определенного сходства с ламповыми конструкциями у него есть еле заметные округлость и матовый налет на резких тембрах, обычно отсутствующие у твердотельных усилителей. Или скажем иначе — у него совсем нет транзисторной резкости класса А/В, как нет и легкой слащавости транзисторного класса А. Этот звук как-то не укладывается в рамки привычных классификаций, объединяя достоинства разных реализаций. Вместе с тем запас по мощности — типично «твердокаменный», со свободным непринужденным отыгрыванием мощных динамических пиков. Еще одна ассоциация: в отличие от недавнего знакомца Mark Levinson No. 532H, тоже обладавшего примечательной гибкостью, у JR Model 625 присутствует еще и фундаментальная твердость характера. Связка JR демонстрирует высший класс типично транзисторных ценностей, совмещенный с бесподобной чуткостью и бесшовной пластикой. Одна из самых привлекательных деталей в 
звучании (собственно, и напомнившая так живо впечатления от TAD Reference One) — полное отсутствие интермодуляций, особенно слышимых в голосе певцов и у хора. Вокальный материал любой степени сложности отрабатывается предельно чисто и бережно.

                                                                                                 АудиоМагазин №4 2012